Истец ООО «Монолит ЮК» обратился в Курильский районный суд к с иском к гражданину Ч. (ответчику) об истребовании имущества из чужого незаконного владения и возложении обязанности вернуть имущество (мебель), взыскании неустойки и судебных расходов.

В обоснование иска указано, что 14 ноября 2024 года в адрес ООО «Монолит ЮК» от гражданина Ч., проживающего по адресу: Курильский район, с. Горное, улица, дом (данные изъяты), поступило заявление о замене мебели, пострадавшей от попадания влаги в ходе производства работ ООО «Монолит ЮК» по капитальному ремонту многоквартирного дома № (данные изъяты) в с. Горное Курильского района.  25 января 2025 года составлен акт о передаче ответчику мебели, подлежащей замене. Поврежденная мебель Ч. на склад ООО «Монолит ЮК» не возвращена без объяснения причин. На неоднократные требования возврата мебели Ч. не реагировал, отказывался от возврата мебели, по мнению истца, неправомерно удерживая ее. С целью возврата мебели в адрес ответчика направлена претензия, ответ на которую не получен. По мнению истца, таким образом ответчик нарушает имущественные интересы ООО «Монолит ЮК» путем присвоения имущества общей стоимостью 58 950 рублей: шкафа-купе «Оптимус» ясень светлый/хром; комода с деревянными ящиками «Румба» дуб сосна/венги; кровать «Софи» сонами/белый рыночной, поскольку заявление ответчика, по мнению истца, о замене поврежденной мебели подразумевает под собой возвращение прежней (старой) мебели, имеющей потребительские свойства причинителю вреда ООО «Монолит ЮК» в момент передачи ответчику новой мебели, возвращать которую ответчик отказывается. Со ссылками на статьи 301, 393, 1102, 1104 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец просил суд: истребовать имущество общей стоимостью 58 950 рублей: шкаф-купе «Оптимус» ясень светлый/хром; комод с деревянными ящиками «Румба» дуб сосна/венги; кровать «Софи» сонами/белый рыночной из чужого незаконного владения Ч., возложив на ответчика обязанность вернуть указанную мебель, взыскать с ответчика в пользу истца проценты за уклонение от возврата мебели (неустойку) в размере 1 831,49 рублей, а также взыскать с ответчика в пользу истца расходы на оплату государственной пошлины в размере 44 965 рублей.

В судебном заседании представитель истца – Г. поддержала иск по изложенными в нем основаниям, дополнительно указав, что истец просит ответчика вернуть именно старую мебель, которая удерживается последним без наличия на то оснований. При этом, представитель истца пояснила, что какого-либо соглашения или договора о том, что Ч. должен вернуть поврежденное имущество, которое ему заменено на новое, не заключалось.

Ответчик Ч. в судебном заседании с исковым заявлением не согласился и просил отказать в удовлетворении исковых требований. В обоснование возражений Ч. указал, что действительно в результате действий истца, а именно в связи с проводимыми осенью 2024 года ООО «Монолит ЮК» работами по ремонту крыши дома № (данные изъяты) с. Горное Курильского района, была затоплена его квартира. В это время он находился в отпуске. В результате затопления квартиры его мебель: шкаф-купе «Оптимус»; комода с деревянными ящиками «Румба»; кровать «Софи», пришли в негодность. Кровать, которую он впоследствии выкинул, пришла в полную негодность, поскольку затоплением квартиры полностью залит матрас и деревянное основание кровати, а шкаф-купе «Оптимус» и комод «Румба», пришли в частичную негодность, поскольку затоплением квартиры полностью залило деревянное основание указанной мебели. Шкаф-купе и комод он разобрал как непригодные в использовании. Также ответчик пояснил, что указанную мебель он приобретал в кредит, в связи с чем и написал в ООО «Монолит ЮК» заявление о возмещении ущерба. Ущерб был ему возмещен в полном объеме путем поставки новой мебели: шкаф-купе «Оптимус» ясень светлый/хром; комод с деревянными ящиками «Румба» дуб сосна/венги; кровать «Софи» сонами/белый рыночной. Между тем какой-либо договоренности о том, что он должен вернуть испорченную мебель между ним и истцом не достигалось. К тому же перечисленная мебель непригодна для использования и не обладает потребительскими свойствами. Вскоре после передачи мебели, истец, при отсутствии у Ч. какого-либо обязательства, стал требовать от него возврата старой мебели,  которую последний отдавать отказался. Насколько ему известно, его старую мебель пообещали отдать какому-то пожилому человеку – жителю с. Горное, который также пострадал от залива квартиры, поэтому истец и инициировал к нему требование о возврате мебели. 

Заслушав объяснения представителя сторон, ознакомившись с письменными доказательствами, суд пришел к следующему.

Согласно статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Исходя из смысла статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, для взыскания неосновательного обогащения истцу необходимо доказать: факт приобретения или сбережения ответчиком денежных средств или имущества  за счет истца, отсутствие к этому оснований, установленных сделкой, законом или иными правовыми актами, размер неосновательного обогащения. Неосновательным обогащением следует считать не то, что исполнено в силу обязательства, а лишь то, что получено стороной в обязательстве в связи с этим обязательством и явно выходит за рамки его содержания.

Необходимыми условиями возникновения обязательства из неосновательного обогащения является приобретение и сбережение имущества, отсутствие правовых оснований, то есть если приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого не основано на законе, иных правовых актах, сделке.

В силу статьи 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации, положения о неосновательном обогащении подлежат применению к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством. Из названной нормы права следует, что неосновательным обогащением следует считать не то, что исполнено в силу обязательства, а лишь то, что получено стороной в связи с этим обязательством и явно выходит за рамки его содержания.

Юридически значимыми и подлежащими установлению по делу являются обстоятельства, касающиеся того, в счет исполнения каких обязательств истцом осуществлялась передача имущества ответчику, имелось ли встречное обязательство, либо отсутствие у сторон каких-либо взаимных обязательств.

Исходя из положений статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, для возникновения обязательства вследствие неосновательного обогащения необходимо наличие одновременно двух обстоятельств: обогащение одного лица за счет другого и приобретение или сбережение имущества без предусмотренных законом, правовым актом или сделкой оснований. При этом наличие указанных обстоятельств в совокупности, а также размер неосновательного обогащения должно доказать лицо, обратившееся в суд с соответствующими исковыми требованиями (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

На потерпевшем лежит бремя доказывания факта обогащения приобретателя, включая количественную характеристику размера обогащения, и факта наступления такого обогащения за счет потерпевшего.

Пунктом 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в дар или в целях благотворительности.

Как следует из материалов дела, 14 ноября 2024 года Ч. (ответчик) обратился с заявлением к ООО «Монолит ЮК» (истцу) о возмещении материального ущерба, причиненного при производстве работ по капитальному ремонту многоквартирного дома, расположенного по адресу: с. Горное Курильского района, в виде натуральной замены мебели, а именно: шкафа-купе «Оптимус» ясень светлый/хром; комода с деревянными ящиками «Румба» дуб сосна/венги; кровать «Софи» сонами/белый.

24 января 2025 года между ООО «Монолит ЮК» и Ч. составлен акт о том, что последний в качестве замены поврежденной мебели получена следующая мебель: шкаф-купе «Оптимус» ясень светлый/хром; комод с деревянными ящиками «Румба» дуб сосна/венги; кровать «Софи» сонами/белый.

31 января 2025 ООО «Монолит ЮК» обратилось с заявлением в ОМВД России по Курильскому городскому округу о том, что Ч. отказывается возвращать поврежденную заливом квартиры мебель, которая заменена ему на новую.

По указанному заявлению ООО «Монолит ЮК» ОМВД России по Курильскому городскому округу зарегистрирован материал проверки КУСП № (данные изъяты) от 31.01.2025 года, в рамках которого 7 февраля 2025 года были опрошены гражданин Ч. (ответчик по делу) и гражданин К.

Гражданин Ч. в ходе опроса дал аналогичные показания, что и в суде.

Гражданин К. в ходе опроса по материалу КУСП № (данные изъяты) от 31.01.2025 года пояснил, что он трудоустроен в ООО «Монолит ЮК» в должности прораба. На строительном участке в с. Горное Курильского района он находился с 15 ноября 2024 года. Ему известно, что осенью 2024 года при ремонте крыш домов в с. Горное Курильского района было затоплено несколько квартир. По данным затопленным квартирам была создана комиссия для подсчета причиненного ущерба. В числе затопленных квартир находилась и квартира гражданина Ч., который 14 ноября 2024 года обратился с заявлением к генеральному директору ООО «Монолит ЮК» о возмещении материального ущерба в результате затопления квартиры. О чем договаривались генеральный директор ООО «Монолит ЮК» и Ч. ему не известно, какого-либо письменного договора или расписки о том, что Ч. должен отдать испорченную мебель ООО «Монолит ЮК» не имеется. 25 января 2025 года в квартире Ч. испорченная мебель заменена на новую в полном объеме.

19 февраля 2025 года в адрес ответчика истцом направлена претензия о возврате мебели, мотивированная обстоятельствами, аналогичными тем, что указаны в исковом заявлении.

Исследовав материалы дела, выслушав представителя истца, суд не находит оснований для удовлетворения искового заявления в силу следующего.

Вопреки утверждениям истца, а также представленным документам, судом достоверно установлено, что основанием для получения ответчиком Ч. мебели, взамен поврежденной, явились обстоятельства причинения последнему материального ущерба, которое имело место со стороны ООО «Монолит ЮК», что последним не оспаривалось, а, напротив, подтверждается как материалами дела, так и пояснениями сторон.

Так, согласно пунктов 1 и 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

При этом, нормами Гражданского кодекса Российской Федерации не исключается возможность добровольного возмещения убытков и вреда (ущерба) причиненного гражданину и его имуществу.

Таким образом, суд приходит к выводу, что между ответчиком и истцом в рассматриваемой ситуации сложились отношения связанные с возмещением ООО «Монолит ЮК» в добровольном порядке Ч. вреда, причиненного имуществу последнего и данные правоотношения нельзя квалифицировать как неосновательное обогащение.

Вопреки положений статьи 1102  Гражданского кодекса Российской Федерации истцом не доказан факт приобретения или сбережения ответчиком имущества за счет истца при отсутствии к этому оснований, размер такого неосновательного обогащения.

Истцом не доказано наличие какого-либо встречного обязательства Ч. по возврату мебели, которая подлежала замене в связи с заливом квартиры, либо встречного обязательства по возврату новой мебели при отказе возвращать поврежденную мебель.

В порядке статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации таких доказательств: соглашений, договоров и так далее, заключенных между Ч. и ООО «Монолит ЮК», суду не представлено.

Представителем истца и истцом в ходе рассмотрения дела подтверждено, что ООО «Монолит ЮК» не заключало с Ч. каких-либо соглашений, в том числе, в которых оговорен порядок возврата переданного имущества, либо подлежащего замене.

Таким образом, суд признал доказанным по делу обстоятельством, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства со стороны ответчика, в связи с чем подлежал применению пункт 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По указанным основаниям утверждения стороны истца о том, что замена ответчику поврежденной мебели на новую подразумевает под собой автоматическое возвращение поврежденной мебели (имеющей потребительские свойства), при отсутствии такого обязательства, не основано на Законе.

При таких обстоятельствах, суд отказал истцу в удовлетворении заявленных требований к ответчику:  об истребовании имущества из чужого незаконного владения и возложении обязанности вернуть имущество (мебель), взыскании неустойки и судебных расходов, - в полном объеме.

Решение суда от 15 августа 2025 года не вступило в законную силу.

Пресс-служба Курильского районного суда