Из обстоятельств дела: прокурор Курильского района, действуя в интересах несовершеннолетнего ребенка, обратился в суд с исковым заявлением к гражданке С. о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование заявленного требования прокурором указано, что 8 апреля 2025 года в вечернее время на несовершеннолетнего О. в районе детской площадки, расположенной в с Рейдово, напала собака, принадлежащая С., в результате чего ребенок получил телесное повреждение в виде поверхностной травмы (гематомы) правого предплечья, в связи с чем ему была оказана медицинская помощь. Поскольку несовершеннолетний ребенок пострадал от укуса собаки, вследствие чего испытал нравственные страдания, в результате ненадлежащего исполнения собственником обязательств по содержанию и выгулу принадлежащего ответчику животного, за что последняя привлечена к административной ответственности, прокурор в порядке статьи 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации на основании заявления законного представителя ребенка, просил суд взыскать с С. в пользу несовершеннолетнего О. в лице его законного представителя компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб.

Протокольным определением суда к участию в деле в качестве соответчиков привлечены Ф. (отец несовершеннолетнего Ф.), а также сам несовершеннолетний Ф.

Решением Курильского районного суда от 12 ноября 2025 года исковые требования удовлетворены частично, с ответчиков О. и Ф. в пользу несовершеннолетнего О., в лице его законного представителя взыскана компенсация морального вреда по 7 500 руб. с каждого. В удовлетворении требований в большем размере, а также по требованию к несовершеннолетнему Ф. отказано.

Кроме того, решением суда с О. и Ф. в доход бюджета муниципального образования «Курильский муниципальный округ Сахалинской области» взыскана государственная пошлина по 1 500 руб. с каждого.

В апелляционной жалобе ответчик С. просила указанное решение суда отменить, в удовлетворении требований отказать. Ссылаясь на то, что никаких последствий в результате произошедшего не произошло, ребенок не получил фактически ни физические, ни нравственные страдания, а получил необходимый жизненный урок. Кроме того, как считала ответчик С., материалы дела не содержат доказательств принадлежности собаки ответчикам С. и Ф, с которых взыскана компенсация морального вреда.

Изучив материалы дела, выслушав пояснения лиц, участвующих по делу, проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия пришла к следующему выводу.

В соответствии с положениями статьи 28 Гражданского кодекса Российской Федерации, малолетние в возрасте от шести до четырнадцати лет вправе самостоятельно совершать мелкие бытовые сделки.

Частью 1 статьи 574 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что дарение, сопровождаемое передачей дара одаряемому, может быть совершено устно. Передача дара осуществляется посредством его вручения, символической передачи (вручение ключей и т.п.) либо вручения правоустанавливающих документов.

Пунктом 3 статьи 28 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что имущественную ответственность по сделкам малолетнего, в том числе по сделкам, совершенным им самостоятельно, несут его родители, усыновители или опекуны, если не докажут, что обязательство было нарушено не по их вине.

По смыслу положений статей 137, 210 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также положений Федерального закона от 27 декабря 2018 года № 498-ФЗ «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» домашнее животное признается собственностью его владельца, на которого возложены бремя его содержания и обязанность соблюдать при владении им требований нормативно-правовых актов и не нарушать права и интересы других граждан.

В силу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Пунктом 32 упомянутого Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 также разъяснено, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, поэтому потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В соответствии со статьями 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, и разъяснениями, данным в пунктах 25-30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно пункту 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как установлено судом и следовало из материалов дела,  ответчики С. и Ф. являются родителями несовершеннолетнего Ф.

8 апреля 2025 года в вечернее время в районе детской площадки, расположенной в с. Рейдово Курильского района на несовершеннолетнего О., напала собака породы «лайка» и укусила его за правое предплечье, в результате чего последнему причинило телесное повреждение в виде поверхностной травмы (гематомы) правого предплечья, что установлено по результатам проведенного осмотра врачом ГБУЗ «Курильская ЦРБ».

По факту нападения собаки и причинения вреда ОМВД России по Курильскому городскому округу проведена проверка, в рамках которой установлено, что собственником собаки, покусавшей малолетнего О., является С., в связи с чем постановлением заместителя начальника полиции (по ООП) ОМВД России по Курильскому городскому округу материал проверки передан в административную комиссии муниципального образования «Курильский городской округ» для рассмотрения и принятия решения.

Постановлением административной комиссии Курильского муниципального округа Сахалинской области С. за несоблюдение требований раздела 4 Дополнительных требований к содержанию домашних животных, в том числе к их выгулу, утвержденных Постановлением Правительства Сахалинской области от 12 мая 2023 года № 225 "Об утверждении дополнительных требований к содержанию домашних животных, в том числе к их выгулу", привлечена к административной ответственности по пункту 2 части 1 статьи 33-5 Закона Сахалинской области от 29 марта 2004 года № 490 «Об административных правонарушениях в Сахалинской области» и ей назначено наказание в виде предупреждения.

Обращаясь в суд с настоящим исковым заявлением прокурор, действуя в порядке статьи 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в интересах несовершеннолетнего О., ссылался на то, что в результате нападения собаки ребенку причинена физическая боль и нравственные в этой связи страдания, обязанность, компенсировать которые должен собственник домашнего животного.

Ответчик С., возражая по доводам искового заявления, ссылаясь на наличие в действиях малолетнего О. (потерпевшего) грубой неосторожности, который находясь без присмотра, спровоцировал собаку на нападение на него, указала, что истцом не доказан факт принадлежности ей собаки, укусившей истца.

Ф. (отец несовершеннолетнего Ф.) ссылаясь на то, что вместе с ответчиком С. и малолетним сыном Ф. не проживает, в ходе судебного разбирательства пояснил, в 2020 году он подарил сыну щенка породы "лайка", которая около трех лет жила у них дома.

Разрешая спор, оценив представленные доказательства, в том числе пояснения сторон и показания свидетелей в их совокупности, руководствуясь вышеприведенными нормами материального права и разъяснениями Верховного суда Российской Федерации по их применению, судебная коллегия, установив, что собака породы "лайка" по кличке "данные изъяты", напавшая на несовершеннолетнего О. и укусившая его, по договору дарения принадлежит несовершеннолетнему Ф., ответственность за действия которого несут его родители ответчики С. (мать несовершеннолетнего Ф.) и Ф. (отец несовершеннолетнего Ф.), принимая во внимание, что ответчиками в нарушении статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено доказательств, свидетельствующих о принятии собственником животного (собаки) всех исчерпывающих мер, исключающих угрозу нарушения обеспечения безопасности граждан, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о наличии правовых оснований для взыскания с С. и Ф., отвечающих за вред, причиненный несовершеннолетним, не достигшим четырнадцати лет (малолетним), при содержании домашней собаки, в пользу истца компенсацию морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывая фактические обстоятельства дела, характер и степень причиненных истцу нравственных страданий, индивидуальные особенности истца, его возраст, состояние здоровья, конкретные обстоятельства дела, характер нарушений прав истца, степень вины ответчика, пришел к выводу о взыскании в пользу несовершеннолетнего О. с ответчиков С. и Ф. компенсации морального вреда в размере 7 500 руб. с каждого, полагая, что данная сумма является достаточной с точки зрения гражданско-правовой природы взыскиваемой компенсации. Оснований для взыскания в большом размере, а также о взыскании с малолетнего Ф. (владельца собаки) суд первой инстанции не усмотрел.

Выводы суда первой инстанции судебная коллегия нашла правильными, поскольку они подробно мотивированы, подтверждены материалами дела, основаны на полном, всестороннем, объективном и непосредственном исследовании всех имеющихся в деле доказательств и полностью соответствуют требованиям норм материального права, регулирующих спорные правоотношения.

Доводы апелляционной жалобы, как указано судебной коллегией, не содержат предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены решения суда в апелляционном порядке и по существу направлены на иную оценку норм материального права и обстоятельств, установленных и исследованных судом в соответствии с правилами статей 12, 56 и 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а потому не могут служить поводом к отмене решения.

Принимая во внимание, что судом не допущено нарушений, предусмотренных частью 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обжалуемое решение признано законным и обоснованным, и оснований для его отмены или изменения по доводам жалобы не имелось.

Пресс-служба Курильского районного суда