Работник Г., узнав в 2025 году, что заработная плата в 2023 года должна была выплачиваться ему с учетом норм отраслевого тарифного соглашения в жилищно-коммунальной сфере, как работнику предприятия сферы ЖКХ, то есть в большем размере, обратился к своему работодателю для урегулирования сложившейся ситуации. 14 июля 2026 года МУП (работодатель) заключили с работником Г. соглашение, согласно которому в срок до 30 июня 2026 года работодатель должен был выплатить Г. задолженность по заработной плате за 2023 года в размере - 422 966,58 рублей.

Между тем, работник Г. 29 октября 2025 года уволился с предприятия ответчика, то есть до исполнения работодателем соглашения.

Г. (работник) потребовал от работодателя выплатить сумму задолженности по соглашению, однако работодатель ему в этом отказал, сославшись на не наступление срока исполнения обязательства(30.06.2026 г.), предложив Г. в добровольном порядке расторгнуть соглашение и разъяснив Г. право обратиться в суд за взысканием задолженности.

5 ноября 2025 года работник и работодатель подписали соглашение о расторжении соглашения о выплате задолженности в размере 422 966,58 рублей и Г. обратился в суд с иском о взыскании суммы задолженности.

В ходе рассмотрения дела ответчик (работодатель) с иском Г. не согласился и просил применить к требованиям работника положения ч. 2 ст. 392 ТК РФ о пропуске им срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора о взыскании – 1 года, ссылаясь на то, что истец просит взыскать задолженность за период с 01.01.2023 г. по 31.12.2023 года, в то время как обратился в суд только в 2025 году.

Суд с такой позицией ответчика (работодателя) не согласился и взыскал всю сумму задолженности 422 966,58 рублей в пользу работника Г.

В обоснование решения суд указал, что ст. 140 ТК РФ установлено, что при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Г. уволен по собственному желанию 29 октября 2025 года. По смыслу указанной статьи в день увольнения работнику подлежат выплате все причитающиеся суммы. Таким образом, срок на обращение в суд, установленный ч. 2 ст. 392 ТК РФ, подлежал исчислению со дня увольнения Г. - 29 октября 2025 года.

 Истец обратился в суд 14 ноября 2025 года, то есть в пределах установленного законом срока для разрешения настоящего индивидуального трудового спора. При таких обстоятельствах, истцом не пропущен установленный ч. 2 ст. 392 ТК РФ срок на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Более того, в период трудовой деятельности истца ответчик признавал образовавшуюся сумму задолженности по заработной плате, в связи с чем 14 июля 2025 года между истцом и ответчиком заключено соответствующее соглашение о выплате задолженности по заработной плате за 2023 год в размере 422 966,58 рублей с рассрочкой погашения выплаты до 30 июня 2026 года. В связи с увольнением истца с предприятия указанное соглашение 1 ноября 2025 года расторгнуто и истец 14 ноября 2025 года, то есть в установленный законом срок обратился в суд за защитой своего нарушенного права.

Решение суда (дело № 2-7/2026) вступило в законную силу.

Апелляционный определением Сахалинского областного суда решение оставлено без изменения.

Пресс-служба Курильского районного суда

Ссылка на решение

Ссылка на апелляционное определение